Из динамиков раздался голос викария, объявлявшего следующего победителя. Абби не отрываясь смотрела на Ника. Она смотрела так, будто никогда прежде его не видела. Он стоял на возвышении рядом с викарием и шутил всякий раз, когда новый призер поднимался туда по ступенькам. «Темная рубашка ему очень к лицу, — подумала Абби. — Он выглядит как-то старше или просто что-то изменилось в его лице?»
Вдруг по толпе побежал шепот возбужденного ожидания, и Абби посмотрела на викария.
— ..и последний приз, — говорил он, — тот, которого, я знаю, с нетерпением ждут все представительницы прекрасного пола. Сейчас мы выясним, кто же выиграл главный приз лотереи? Кого поцелует Ник Карлтон? Счастливицей у нас оказалась… — Он развернул сложенный листок бумаги, и лицо его озарилось улыбкой:
— Абби Смит!
Абби услышала, как рядом с ней Лиз пискнула от восторга, и со всех сторон ее начали доброжелательно подталкивать к сцене, а она стояла, не в силах двинуться с места. Этого не может быть!
— Иди, Абби, — убеждала ее Лиз, подталкивая вперед.
— Но… я же не покупала билета, — зашептала Абби.
— Я купила билет за тебя.
— Ты что?
— Я же знала, что ты никогда не сделаешь этого сама, — искренне сказала Лиз. — Посмотри, Питер просто позеленел от злости.
— Но… — Несмотря на все ее протесты, толпа настойчиво подталкивала ее вперед, и в конце концов Абби оказалась на возвышении рядом с Ником. Пунцовая от смущения, она видела только его, а хлопки и свист становились все сильнее.
— Я не покупала билета, — пробормотала она.
— Я знаю. — Ник подошел к ней, улыбаясь как-то натянуто. — Но тем не менее ты же выиграла этот приз. Как бы тебе хотелось? Может быть, мне чмокнуть тебя в щечку?
Ее глаза наполнились слезами. Он не простил ее. Побыстрее бы все кончилось! Она молча кивнула.
— Ну, это никуда не годится. Зачем же разочаровывать наших зрителей? — Ник притянул ее к себе, одна рука тяжело легла ей на поясницу, другой он приподнял ее подбородок, заставив взглянуть на себя.
Толпа затаила дыхание. В глазах Ника светилась с трудом сдерживаемая злость, и Абби попыталась вырваться, но он притянул ее еще ближе и яростно впился в ее губы.
Губы его были жесткими, и Абби стало больно. Она попыталась оттолкнуть его, но рука, державшая ее за подбородок, легла ей на затылок, другой Ник еще крепче прижал ее к себе. Он держал ее как в тисках. Затем Абби вдруг почувствовала, что злость его незаметно куда-то ушла, губы стали другими, а сама она погружается в сладкую истому. Его руки стали мягче, хватка ослабла, и рука, державшая ее голову, теперь обнимала ее спину. У Абби уже не возникало мысли оттолкнуть его, пальцы, упиравшиеся ему в грудь, теперь перебирали материал его рубашки.
Какой он сильный! Какие горячие у него губы — проносилось в ее мозгу, как будто и не было тех первых неприятных мгновений. Она не знала, сколько времени простояла вот так, заключенная в его объятия, не замечая возгласов толпы. Для нее не существовало ничего, кроме его губ.
Потом объятия ослабли, и Ник медленно отпустил ее. В оцепенении Абби смотрела на него огромными потемневшими глазами, все тело ее ныло от желания снова ощутить его объятия. Но лицо Ника было непроницаемо. Викарий откашлялся.
— Будем надеяться, что Абби не скоро забудет этот приз. Боюсь, что праздник окончен. Мне осталось только поблагодарить Ника Карлтона еще раз и, конечно, всех вас за то, что вы пришли и поддержали нашу церковь своими пожертвованиями. Надеюсь увидеть всех вас вновь на будущий год.
Беспорядочные хлопки завершили его речь. Народ двинулся к выходу. Спускаясь вниз, Абби чувствовала на себе любопытные и завистливые взгляды.
— Держу пари, что все это было подстроено, — пробурчал кто-то рядом с ней.
— Интересно, почему этот приз выиграла самая хорошенькая девушка? — нарочито громко спросила Сара своего друга, который угрюмо смотрел Абби вслед.
— Я его понимаю.
Не обращая внимания на все кивки и подмигивания, Абби быстрым шагом направилась к своему столу, нужно было его разобрать. Лицо ее пылало. Как мог Ник целовать ее так при всех? А она? Как она могла с такой страстью отвечать ему? Он мог просто повалить ее и овладеть ею тут же на месте, а она бы только просила еще и еще!
— Ты поставила себя в дурацкое положение, ты это понимаешь? — Слова Питера Мидлтона настолько перекликались с ее собственными мыслями, что Абби вздрогнула, как от пощечины.
Лицо Питера выражало горькое разочарование, пока он смотрел, как она снимала вывеску и складывала ножки ломберного столика. Абби очень хотела, чтобы он ушел. Но он не уходил.
— Что ты имеешь в виду? — хмуро спросила Абби.
— Позволить так обращаться с собой у всех на виду! Я был о тебе лучшего мнения, Абби. Ты всегда казалась мне такой сдержанной, такой разумной, никогда бы не подумал, что смазливая физиономия может свести тебя с ума.
— Я вовсе не схожу с ума.
— Перестань, Абби. — Питер издал короткий смешок. — Ты ведь не сводила с него глаз, когда мы осматривали дом. Я же не слепой. И мы все видели, как ты смотрела на него после этого поцелуя. На твоем лице было написано такое страстное желание. Никогда не думал, что тебе настолько необходим мужчина. Мне всегда казалось, что ты не очень интересуешься сексом. Во всяком случае, по отношению ко мне ты этого никогда не испытывала. Я не слишком хорош для тебя, правда? Ты ждала, когда появится кто-нибудь побогаче. Или тебе нужен жеребец? Ник Карлтон соединил в себе все это — богатый жеребец.
Абби сжала кулаки от негодования.
— Думаю, ты наговорил достаточно.
— Он же не любит тебя, ты же знаешь.
— Я знаю, — сказала она тихо.
— Он же любит только себя.
Разве не то же самое сказал о ней Ник?
— Ты не прав. Ты ничего не знаешь о нем, Питер.
Питер фыркнул.
— Я разочаровался в тебе, Абби. Ты всегда казалась мне проницательной женщиной.
— Я тоже так думала. — Улыбка ее была печальной. Краешком глаза она видела, что Ник пожимает викарию руку и прощается с ним. Он размял усталые плечи и пошел по направлению к воротам. Все уже ушли, и он шел в одиночестве, опустив голову и засунув руки глубоко в карманы.
«Он выглядит уставшим», — подумала Абби, и прилив нежности к нему охватил ее. Ей хотелось броситься домой, приласкать его, разгладить своими пальцами усталые морщины на его лице.
— ..это твое дело, — ворвался в ее мысли голос Питера.
— О чем это ты? — спросила она.
— Я сказал, если хочешь, чтобы Ник Карлтон дурачил тебя, — это твое дело.
Абби следила за удалявшейся фигурой. Неожиданно все встало на свои места.
— Да, — согласилась она, — мое.
